Вода заводского пруда отражает зелёное небо. Яркая звёздочка очередного самолёта проплывает над верхушками тополей, золотых даже в темноте, неторопливо, как китайский бумажный фонарик — только свет холодный; холодный, как осенние звёзды. Большая Медведица закутана в облако точно по форме серпа, Полярная звезда висит в вышине по направлению пирса. Дети на пляже занимаются астрономией: девочка пытается убедить мальчика помладше в том, что Арктур — это Марс.

Геймана я люблю за то, что он видит магию там, где она действительно должна быть. Лавкрафта за хоррор. Пратчетта за жизнеутверждающие взгляды на прогресс. А Желязны — за то, что он, куда ни ткни, всё время оказывается прав. В том смысле, что когда я пытаюсь подумать об этом заново, у меня получается то же самое.

Путешествия по Теням в «Хрониках Амбера» удивительно похожи на то, что могло бы быть. С путешествиями всегда так: ты идёшь куда-то, где никогда не был или не был очень давно, чем-то там занимаешься, потом пытаешься вернуться — но вернуться нельзя никогда. За время твоего отсутствия твой дом тоже перестал быть привычной средой обитания. А ты — ты перестал быть привычным элементом этой среды. Никто не может так просто взять и вернуться в Шир, как будто ничего не было; обязательно придётся разбирать фабрики и отбирать у родни серебряные ложки. И это ты ещё знаешь, откуда ты и куда ты шёл. А если с сформулированным намерением и на хорошей машине ехать в никуда, да ещё в одном и том же направлении, да ещё и по ночам, чтобы не фокусироваться каждый раз на ландшафте…

Я стараюсь сделать магию у себя в тексте убедительной, похожей на то, как работает реальность. Этот, например, конкретный эффект каждый раз настигает меня южнее Харькова, часов в десять утра: только что я ехал по Восточной Европе, и тут бац — Нарния. В обратную сторону тоже, к сожалению, работает; видимо, там где-то на трассе установлены стационарные врата между Отражениями. Или просто, когда я еду на север, у меня не такие добрые намерения.

Мир вокруг нас зыбок и норовит измениться, когда мы не смотрим; вот уже и витамин C никак не помогает против простуды, и зефирочный тест невоспроизводим. Не случайно, перемещаясь между Тенями, ты должен концентрироваться на том, что ищешь. Это позволяет всему остальному гладенько и незаметно проскользнуть мимо — и вот уже Арктур успевает стать Марсом, за несколько шагов по траве и мокрому песку.

Сегодня будет ветреная и тёплая ночь. Легко поверить, что этот ветер за ночь перелистнёт мимо нас с десяток страниц, и мы проснёмся не там, где засыпали. Да и, если на то пошло, я не уверен, что там, где я засыпал вчера, были такие огни и такие листья.

Loading Likes...