Оккультябрь

15 октября

Средневековые бестиарии — мантикоры, василиски, барсуки, откусывающие себе яйца, — имеют непонятное очарование. Уже зная о том, что половины тварей, перенесённых на пергамент старательной рукой писца, не существует, а вторая половина отличается совсем не теми повадками, что описаны, мы с удвоенным энтузиазмом вставляем их в свои книги и рисуем для кино.

Хотя нам трудно воспроизвести тот бесконечно наивный взгляд на мир человека, который со слов человека, который знает человека, который утверждает, что был далеко на юге и видел там единорогов, добавляет в рукопись о живой природе красочную миниатюру этого существа так, как он его представил, слушая пересказ рассказа. А следующий, вдохновившись, дописывает от себя что-то про девственниц и Христа. Мы даже делаем то же самое — но по содержанию, а не по сути. Берём бестиарий и по тексту бестиария, вдохновившись, добавляем в свою рукопись единорогов и драконов, какими мы их представили.

Но мы знаем, что это игра. Единорог кажется нам красивой метафорой. Они, я думаю, не знали. Для них познание было духовным процессом; всё, что казалось красивым, было истиной. Эра блаженной веры во всё прекрасное — и связанной с этим высокой смертности.

Мы уже не верим на слово и не можем без объяснения. Когда в наших рукописях появляются драконы, вместе с ними появляются минералы, которые драконы едят, чтобы дышать пламенем, магия, которая позволяет драконам летать, и инструкция, как приручить дракона. В нашем бестиарии мыши не самозарождаются в сене, ведьмы не насылают чуму. Вместо них в нашем бестиарии есть животные, которых нельзя увидеть невооружённым глазом, и процессы, о которых не расскажет ни один путешественник, если только он не ходил назад во времени.

Loading Likes...

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *