Письма с Понта

Тёмное время года

Под Пермью поезд шёл через мокрые и красочные болота; если глянуть в окно и отвернуться, то всё серое, но те детали, к которым успеваешь приглядеться — цветные, причём почему-то чем глубже опускаются сумерки, тем насыщеннее оттенки. Бурные ручьи, рыжие от глины; до нашего приезда лежал снег, потом снег растаял, сверху пошёл дождь, и каждая колея вдоль железной дороги, разбитая и без того, превратилась в поток воды. Едем дальше — дальше вода стоит, и в ней стоят чёрные стволы деревьев и чёрные листья травы, а среди травы — светло-зелёное пятно, будто там прополоскали кисточку. Чёрные ягоды на кустах, красные ягоды, а кое-где — мокрые яблони, уже без листьев, и на ветвях много-много жёлто-оранжевых яблок. Россыпь ярких тёплых точек, а вокруг них — серые сумерки, чёрные болота и рыжая глина. Сады Гесперид сильно меняются в ноябре.

Вспоминаются холодные болотные сказки, которые мы уже выучили, а кто-то, живущий в степи у реки, ни разу не слышал. Земляные бабы, живые звери, мёртвые звери. Мир за окнами поезда полон жизни: кто-то спит в болоте под водой, кто-то спит под корнями в лесу, где посуше — тут уж кому что нравится. Кто-то вообще не спит: бродит по лесу, сверкая красной свалявшейся шерстью, выспрашивает, кому что снится, и передаёт дальше. Именно он потом приносит новость, что лесник нарушил Правила — оберег потерял или отказал кому-то в гостеприимстве — и тогда все просыпаются и идут есть лесника. Потом ложатся снова.

Рассказали другу об этих пейзажах и тех, кто спит в глубине болота; он сказал, что сами болота ещё страшнее, и те, кто в них живёт, иногда пытаются переехать хоть куда-нибудь из этой бесконечной мокрой темноты, где из-за запаха трупов всё время кажется, что ты здесь не один. Но люди огнём и солью загоняют их обратно, в холодную воду.

Loading Likes...

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *